Россия, 160014, Вологда
Набережная 6-й Армии,143
/8172/ 54-79-27, 54-79-29
www.red-bridge.info

 
2022
Братыкин Антон
2021
Бабин Валерий
Низамов Роберт
2020
Соломкин Юрий
Радюк Сергей
Лаврентьев Сергей
2019
Сарабьянов Андрей (Дюдя)
2018
Беларева Ривка
АртСтарт
Макаров Андрей
Сидур Вадим
Лаврентьев Сергей
Вахрамеев Вячеслав
Здесь и сейчас
2017
Ланцев Алексей
Богатырь Светлана
Пантелеев Александр
Осипов Андрей
Харабарин Александр
Волков Юрий
Лаврентьева Наталия
2016
Соломкин Юрий
Джанна Тутунджан
Ермолаев Игорь
Долль Алекс
Соколов Евгений
Мухина Елена
Московский нонконформизм и его наследники
2015
Платье птицы
Наседкин Николай
Сильвано Констанцо
Здесь и сейчас
Румак Светлана
2014
Смирнов Владимир
Почтовые марки княжества Лихтенштейн
Творческая группа Н.Л.О.
Соломкин Юрий
Родники нашего берега
2013
Севостьянов Владимир
В борьбе с зеленым змием
Красный мост. Графика
Красный мост. Коллекция
Хюссер Амели
Клемм Барбара
Лантери Альберто
Югай Лета
Пестерев Александр

2012

Галерея "КРАСНЫЙ МОСТ" 10 лет на современной арт-арене
Соломкин Юрий
Богачев Василий
Тимофеев Олег
Долль Алекс
Корбаков Владимир
Петров Александр
Кабан-Петров Михаил
Кравцов Евгений
Плиев Андрей
Голант Евгения
Азизян Марина
Кораблев Михаил

2011

Ширяева Елена
Ермолаев Игорь
Карамян Иван
Ким Андрей
Дик Петр
Вита Нова
Пестерев Александр
Ловыгин Петр

2010

Желудь Аня
Кузькин Андрей
Хаим Сокол
Лунгин Иван
Кордюков Владимир
Федорова Марина
Антипина Елена
Затуловская Ирина

2009

Азизян Марина
Матренин Николай
Югай Лета
Горохов Михаил
Калистратова Светлана
Победова Ольга
Асафов Генрих
Соломкин Юрий
Желудь Аня
Швецов Петр
Евсин Сергей
Борщ Борис
Лоцман Александр

2008

Кораблев Михаил
Порто Иван
Тарасюк Иван
Петров Александр
Тризна Александра
Баскаков Николай
Вороновы Нина и Гильяна
Пестерев Александр
Нагаев Виталий

2007

Берсани Массимо
Бернардони Стефано
Немченок Ася
Пестерев Александр
Дементьева Галина
Гуэрра Тонино
Ловыгин Петр
Тюрин Владимир
Лаврентьевы Сергей и Наталья
Тутунджан Джанна
Творческое объединение НЛО

2006

Соломкин Юрий
Шаман Евгений
Дикова Елена
Гущины Кирилл и Александр
Петров Шура
Трошков Геннадий
Творческое объединение НЛО

2005

Дайбов Владимир
Богачёв Василий и Тимофеев Олег
Тутунджан Джанна
Мосевич Станислав
Воронов Юрий

2004

Кораблев Михаил
Дубов Андрей
Коллекция - 2004
Аршакуни Завен
Асафов Генрих
Жарков Юрий
Абакумов Михаил
Порто Иван

2003

Соломкин Юрий
Баскаков Николай
Ельцов Юрий (1942-1997)
Шемякин Михаил
Геннадиев Андрей
Жарков Юрий
Копьев Михаил
Пестерев Александр
Вдовина Лада
Кордюков Владимир
Лаврентьев Сергей
Лаврентьева Наталья

  • В активном поиске
 

 

2 декабря состоялось открытие выставки костромского художника Павла Беляева "Путешествие света".

Эстетическое пространство Павла Беляева

«Способом существования искусства является создание всякий раз новой эстетической реальности».

Иосиф Бродский

Художник внимательно всматривается в окружающий мир - загадочный, многообразный, бесконечный, непостижимый - пытается почувствовать его ритмы, вслушаться в его звуки, постичь его тайные смыслы и гармонии и, открыв именно то, что предназначено только ему, создать свой мир, свое эстетическое пространство.
Павел Беляев принадлежит к поколению художников, чье становление пришлось на 1980-е годы, поколению, выскользнувшему из-под пресса идеологического давления, устремившемуся к свободе творческого поиска. Еще во время учебы на художественно-графическом факультете Костромского пединститута его «живописный глаз» заметил преподаватель Юрий Васильевич Горбунов, рано угадавший в студенте первого курса талант истинного живописца. По окончании института судьба свела Павла с друзьями-единомышленниками Александром Бекасовым и Николаем Касаткиным. Их сближает духовная свобода, общие интересы, устремленность к осмыслению реальности в общефилософских и эстетических аспектах, склонность к экзистенциально-метафорическому толкованию искусства. Волею судьбы они оказались в авангарде молодежного движения, среди «зачинщиков» групповой выставки 1986 года в селе Красное-на-Волге, молодежных выставок-экспериментов 1987, 1988 годов, выставки «Синтез» (1989), всколыхнувших и изменивших художественную жизнь Костромы появлением на арт-сцене молодой генерации художников, дерзнувшей «заговорить» на языке цвета, пластики, свободного формотворчества. Работы Беляева сразу обратили на себя внимание. Излучающие тишину и покой, подернутые легкой туманной дымкой пейзажи, ландшафты, балансирующие на грани эфемерности и достоверности силуэты и лица людей, композиции с полупризрачными абрисами предметов реального мира, фрагменты цвето-пластического потока с четкой нарезкой планов или рамками, ритмически кадрирующими живописные плоскости. Все говорило о появлении незаурядной индивидуальности, наделенной уникальным внутренним зрением, художника с очень самостоятельным пластическим мышлением, мир которого отличается особой мягкостью, лиризмом, сосредоточенностью, погруженностью в собственные чувства.

Особым событием стала выставка Павла Беляева 2007 года в муниципальной художественной галерее, получившая название по циклу работ «В поле покоя поверхности». В самом названии удивительно точно отразился смысл пластических исследований и экспериментов, которые художник сосредоточенно вел на протяжении долгих лет, превращая живописную поверхность во вместилище сложных понятий и тончайших ощущений. Экспозиция, выстроенная как инсталляция, погружала в особую атмосферу, где каждая работа при всей самодостаточности становилась частью единой, созданной чутким воображением автора картины мира, образы которого обладали магической силой притяжения. Выставка раскрыла грандиозный потенциал художника и во-многом определила концепцию дальнейшего творческого развития, последующими мощными этапами которого стали проекты «Возле белого» (2011) и «Оттенки дня» (2015).

Павел Беляев художник удивительно цельный и глубокий, обладающий развитой интуицией, редким даром некоего мистического чувствования природы, мироздания. Его работы притягивают, вовлекают в пространство, полное покоя, умиротворения,изысканных гармоний, где скромная палитра красок с преобладанием приглушенных оттенков зеленого, голубого, охристого, серого излучает внутреннее свечение. Свет у Беляева особая субстанция. Он «путешествует» из картины в картину, струится, мерцает, обволакивает, его трепетные вибрации как пластическая материя пронизывают живописную поверхность, творят иное пространство, доносящее отблески неведомых стихий.

При всем лаконизме композиционного и цветового решения его картины многозначны и многослойны и не сразу обнажают свои смыслы и содержания, а открываются в процессе медленного вглядывания, вчувствования, эмоционального переживания. Импульс для создания того или иного образа в большинстве исходит от природы. Художник смотрит на пейзаж, будь то незатейливый вид расстилающихся вдаль окрестностей, царственный куст, или купы деревьев, или фрагмент палисадника в проеме окна, затем оглядывает все это внутренним взором, наконец, начинает переносить увиденное на холст, убирая детали, подробности, все второстепенное, временное, лишнее. Главное - передать состояние, настроение, рожденное тем или иным мотивом посредством цветовой гаммы, чаще сдержанной, но всегда утонченной, реже звучными акцентами, позволяющими привлечь внимание к главному «герою» - папоротнику, садовому ландышу или залитому солнечным светом забору. Живописно-пластический язык автора, образный строй позволяют через, казалось бы, банальное передать нечто неведомое, неуловимое, что заставляет переживать и осмысливать многажды виденное, всякий раз по-новому.

Особое благоговейное, поэтическое и вместе с тем философское отношение у художника к белому цвету, которым так богата зима. Именно зимняя пора с ее многообразием оттенков белого, пластикой снежных покровов особенно вдохновляла художника (неслучайно появление выставки «Возле белого»). Едва угадываемый ландшафт, испещренный линиями-знаками, снежные дюны, «след» тающего снега, занесенный куст малины - все обретает сакральное, мистическое звучание.
Одним из «сквозных» у Беляева становится мотив «окна-рамки» как прорыва в другое пространство, дающего возможность сопоставления разных миров - малого и большого, ближнего и дальнего, реального и мистического. Это может быть оконный проем, открывающий фрагмент природы, или прорыв неясных смутных покровов, приоткрывающий путь к свету реального (ирреального?) мира, наконец, выход в таинственную, многослойную иносферу, формы, линии, структуры которой живут по законам иного порядка и сродни образам вечно движущихся стихий и энергий, обитающих в бесконечности мироздания.

Значительное место в эстетическом пространстве художника занимают композиции, где в пронизанной золотистым сиянием колористической среде неожиданно проявляются лики с едва угадываемыми чертами или едва намеченные силуэты людей, чьи позы и жесты неизменно отсылают к духовным истокам - застывшим в молитвенном предстоянии образам древних икон. Подобные сотканным из ощущений видениям, возникающим в глубинах сознания, они дают ощущение умиротворения и духовного просветления, погружая в атмосферу длящейся медитации.

Образы Павла Беляева, тонкого, только им видимого мира, магически притягательны и не поддаются словесным интерпретациям, поскольку угаданы интуицией, и постичь их можно, пожалуй, лишь путем сосредоточенного созерцания, установления с ними собственных духовных контактов.

Вера Прямикова, искусствовед


В этот же день была представлена персональная выставка Тамары Нуйи "В активном поиске".

<…> В основе картин Нуйи лежит жесткий остов, костяк композиции, энергично прочерченный темной линией, что напоминает витражи, а внутреннее пространство заполняется светящимся, так же как в витраже, чистым цветом. Искрящийся цвет в ее картинах, похожий и на северное сияние, и на переливы драгоценных камней – это сама жизнь, которую она вопреки всем трудностям безмерно любит.

Принципиально важна для Т. Нуйи социальная наполненность каждой работы. Она очень драматично воспринимает мир, поэтому общественная нота заключена у нее практически во всех жанрах. Это объясняется особым чувством свободы: «У предков Тамары не было рабства, по крови она саамка, житель вечно вольной тундры. Так что отношение к любому угнетению у нее особое». Протест против несвободы проявляется у нее не только в сюжетах, но и в самой композиции картин, так как силуэты персонажей являются нерасторжимой частью вихрящегося грозного пространства, своеобразными его сгустками.

Образность мышления Т. Нуйи проявляется в аллегоризме и метафоричности ее художественного воображения. В силу постоянного ощущения конфликтности мира людей художница стремится быть ближе к природе и животным, поэтому они получаются у нее добрыми, иногда печальными. Она очеловечивает изображения своих подопечных, доверяет им часть (очень существенную) самой себя.

Если говорить о стилистике живописи Тамары Нуйи, то, несомненно, ею освоен богатейший арсенал форм и методов русского и зарубежного авангарда, но он переплавлен в горниле ее собственного воображения столь мощно, что назвать конкретного художника, которому она подражает, весьма затруднительно. Следует учитывать, что заимствование формы выражения смыслов из мировой практики живописи у Тамары напрямую связано с личным состоянием, с драматизмом жизни.
В картинах последних лет, по словам художницы, да и по их внешнему виду, она старается быть светлее, солнечнее, прозрачнее. И если раньше, по ее собственному мнению, работы с натуры получались очень сухими, и поэтому она писала их не часто, то теперь она преодолела этот недостаток. В мастерской ею выполнено много натурных натюрмортов, в них уже нет прежних взвихренных пространственных полей или драматической символики, но есть монументальность и восхищение самой жизнью, реальностью. В этих картинах открывается новая сторона таланта Тамары Нуйи, демонстрирующая удивительную ее человеческую позитивность, знакомую родным и близким, друзьям-художникам <…>.
Ирина Балашова, искусствовед