Россия, 160014, Вологда
Набережная 6-й Армии,143
/8172/ 54-79-27, 54-79-29
www.red-bridge.info

 
2017
Осипов Андрей
Харабарин Александр
Волков Юрий
Лаврентьева Наталия
2016
Соломкин Юрий
Джанна Тутунджан
Ермолаев Игорь
Долль Алекс
Соколов Евгений
Мухина Елена
Московский нонконформизм и его наследники
2015
Платье птицы
Наседкин Николай
Сильвано Констанцо
Здесь и сейчас
Румак Светлана
2014
Смирнов Владимир
Почтовые марки княжества Лихтенштейн
Творческая группа Н.Л.О.
Соломкин Юрий
Родники нашего берега
2013
Севостьянов Владимир
В борьбе с зеленым змием
Красный мост. Графика
Красный мост. Коллекция
Хюссер Амели
Клемм Барбара
Лантери Альберто
Югай Лета
Пестерев Александр

2012

Галерея "КРАСНЫЙ МОСТ" 10 лет на современной арт-арене
Соломкин Юрий
Богачев Василий
Тимофеев Олег
Долль Алекс
Корбаков Владимир
Петров Александр
Кабан-Петров Михаил
Кравцов Евгений
Плиев Андрей
Голант Евгения
Азизян Марина
Кораблев Михаил

2011

Ширяева Елена
Ермолаев Игорь
Карамян Иван
Ким Андрей
Дик Петр
Вита Нова
Пестерев Александр
Ловыгин Петр

2010

Желудь Аня
Кузькин Андрей
Хаим Сокол
Лунгин Иван
Кордюков Владимир
Федорова Марина
Антипина Елена
Затуловская Ирина

2009

Азизян Марина
Матренин Николай
Югай Лета
Горохов Михаил
Калистратова Светлана
Победова Ольга
Асафов Генрих
Соломкин Юрий
Желудь Аня
Швецов Петр
Евсин Сергей
Борщ Борис
Лоцман Александр

2008

Кораблев Михаил
Порто Иван
Тарасюк Иван
Петров Александр
Тризна Александра
Баскаков Николай
Вороновы Нина и Гильяна
Пестерев Александр
Нагаев Виталий

2007

Берсани Массимо
Бернардони Стефано
Немченок Ася
Пестерев Александр
Дементьева Галина
Гуэрра Тонино
Ловыгин Петр
Тюрин Владимир
Лаврентьевы Сергей и Наталья
Тутунджан Джанна
Творческое объединение НЛО

2006

Соломкин Юрий
Шаман Евгений
Дикова Елена
Гущины Кирилл и Александр
Петров Шура
Трошков Геннадий
Творческое объединение НЛО

2005

Дайбов Владимир
Богачёв Василий и Тимофеев Олег
Тутунджан Джанна
Мосевич Станислав
Воронов Юрий

2004

Кораблев Михаил
Дубов Андрей
Коллекция - 2004
Аршакуни Завен
Асафов Генрих
Жарков Юрий
Абакумов Михаил
Порто Иван

2003

Соломкин Юрий
Баскаков Николай
Ельцов Юрий (1942-1997)
Шемякин Михаил
Геннадиев Андрей
Жарков Юрий
Копьев Михаил
Пестерев Александр
Вдовина Лада
Кордюков Владимир
Лаврентьев Сергей
Лаврентьева Наталья

  • Желудь Аня, Кузькин Андрей, Лунгин Иван, Хаим Сокол

“НОВЫЙ PLEIN AIR”.

Желудь АняАня Желудь

Родилась в Ленинграде в 1981. Живёт и работает в Москве. Училась в СПбГХПУ им. Н.К. Рериха, Санкт-Петербургской Государственной Художественно-Промышленной академии имени Л. Штиглица, в школе современного искусства при ММСИ, в институте проблем современного искусства Иосифа Бакштейна. Куратор проекта “Сессия молодого искусства”. В 2007 году номинирована на всероссийскую премию в области современного искусства “Инновация”, в 2008 номинирована на “Премию Кандинского”.

Персональные выставки 
2009     “Аня Жёлудь в Русском музее”. Государственный Русский музей, Санкт-Петербург, Россия.
“Комнатное растение”. Объект на районе, Санкт-Петербург, Россия. “Не тот художник”. Science Art Space, Москва, Россия.
2010     “Продолжение осмотра” ММСИ. “Комнатное растение. Полная версия.” Айдан-галерея.

Групповые выставки
2009     53-я Венецианская биеннале. Венеция, Италия Nord-art-09. Рендзбург, Германия (2007, 2008).
“20, 30, 40 - Шаг поколений” (Аня Жёлудь “Выставочный план”). Галерея “Красный мост”, Вологда, Россия.
“Женщина в современном искусстве. О времени и о себе” ГМГС, Санкт-Петербург, Россия.

 

Кузькин АндрейАндрей Кузькин

1979 родился в Москве.
1996-2001 учился в Московском Полиграфическом институте, на факультет графики.
2006 – вступил в Московский союз художников – секция промграфики.
2009 - премия “Инновация 2009 – новая генерация”.

Персональные выставки
2009 "Андрей Кузькин. Первая персональная выставка. ЖЗН. Все,     что я хотел сказать, но не смог." Москва. Арт-стрелка. Куратор Ольга Лопухова.
Выставка номинантов на премию "Инновация -2009" Москва.                              ГЦСИ.
2010 Сборная выставка "Русские Утопии", Центр Современной Культуры Гараж. Аудиовизуальный объект "Один или тайная жизнь".
Персональная выставка "Герои Левитации", Фонд Стела Арт. Скульптуры из хлеба, перформанс.
VI Берлинская Биенале Современного Искусства.
Московское биенале молодого искусства "Стой кто идет".

 

Лунгин ИванИван Лунгин

1979 родился в Москве, с 1992 живёт между Москвой и Парижем.
Учился в Ecole des Beaux-Arts de Rueil-Malmaison.
Посещал мастерские Михаила Бурджеляна, Натальи Нестеровой и Владимира Брайнина.

Выставки
2005 Галерея Mailletz Париж
2006 Espace Pierre Cardin Париж
2007 “Спальный район” Музей Архитектуры им.Щусева Москва
2008 коллективная выставка “Arte Contro” Museo di arte moderna e contemporanea di Trento e Roverto
2009 “Ех barricades” АРТСтрелка projects Москва

Выпускник парижской Ecole des Beaux-Arts de Rueil-Malmaison, недоучившийся студент нескольких колледжей и университетов, с 13 лет жил с родителями во французской столице. Считает, что принял решение серьезно заниматься искусством почти случайно, в 15 лет на съемочной площадке фильма “Линия жизни”, который снимал отец – Павел Лунгин.Младший Лунгин 10 лет трудился “консультантом по художественной части”: декоратором, монтажером, художником-постановщиком.

 

Хаим СоколХаим Сокол

1973 Родился в г. Архангельске, СССР
1996 Закончил Еврейский университет в Иерусалиме
2006 Принят в Международную ассоциацию изобразительных искусств – АИАП (ЮНЕСКО)
2006-2007 Московский институт проблем современного искусства
С 2006 живет и работает в Москве и Иерусалиме

Персональные выставки
2010 “Мертвые письма”, Галерея “Триумф”, Москва, Россия
2009 “Punctum”, галерея “ЕК. АртБюро”, Москва, Россия
2009 “Сurriculum Vitae”, галерея “Арт-стрелка projects”, Москва, Россия
2009 “Палимпсесты”, галерея Green Art, Пермь, Россия
2008 “Земля” (совместно с А. Кузькиным), Stella Art Foundation, Москва, Россия
2007 “Криптомнезия. Рецидив”, галерея “Арт-стрелка projects”, Москва, Россия
2005 “Memories about memories”, “Small Room Gallery”, “Elul”, Jerusalem, Israel

 

Обнаружение художественной реальности в условиях невозможности ее существования

Незванная, простота вдруг входит в людей и,
однако, нуждается в том, чтобы вызревать и
цвести долго. В неприметности постоянно
одного и того же она таит свое благословение.

Мартин Хайдеггер

Каждый из участников этого проекта погружен в практически  необъяснимый поток реальности, в котором отсутствует понятие «причины». Перед нами искусство, существующее в постоянном ускользании из поля причин и следствий, оно как бы зависает в слоях своего неуловимого топоса, в пространстве «между». Переход границы, предела, который воспроизводится силами внутреннего, погружает это художественное сознание в непрерывный поток бытия. В этом потоке мир не ограничен и не скован логосом, не упорядочен законами, не расчислен понятиями. В нем отсутствует внешняя устойчивость, в его мерцании как бы не за что ухватиться – тем не менее, в нем содержится скрытая иконология, в его глубинах живет сущностная материя, абсолютно ощутимая, подчеркнуто реальная, чувственно переживаемая. Искусство Анны Желудь, Хаима Сокола, Андрея Кузькина и Ивана Лунгина скрывается и таится в униженной материи, подвергающейся постоянным насилиям и террору, остающейся за горизонтом, но всегда утверждающей вертикаль своего волеизъявления. Образность этой оптики живет в феноменальности мерцающего пространства, она присутствует в естественной изначальности бытия, оказываясь на пороге исчезновения, но манифестируя свою вечную неизбывность. В ее бесструктурном потоке теряется различие между субъектом и объектом.

Стратегии пластической культуры участников проекта открывают перед нами мир одушевленного телесного опыта, опыта отношения к самому себе, которое предшествует осознанному взгляду на себя извне. В его пространстве ничего нельзя обозначить – здесь все только становится. В этом пронизанном чистом сознанием мире нет границ между чувственным и рациональным, здесь все возвращается в архаическую однородность, из которой формируется единый организм культуры – Текст.

В одном из рассказов Х.-Л. Борхеса появляется герой, переписывающий великий текст Сервантеса – «Дон Кихот». И здесь Борхес не только задает вопрос о возможности существования и правомерности этой постмодернистской стратегии письма, но и дает свой ответ. Поступки своего героя, живущего в постистории, писатель рассматривает как глубоко личный авторский жест, в котором заново переживается вся драматургия «Дон Кихота», безумие рыцаря печального образа, абсолютно не являющееся безумием в понимании Мишеля Фуко. Переписывание классического текста, его осмысление, невозможность создания Текста в новейшую эпоху, живое тактильное ощущение дыхания фразы в наше виртуальное компьютерное время – все это становится философией и практикой творческого поведения Хаима Сокола.

Творческие технологии Хаима Сокола обнаруживают иерархические слои мифа, продолжающего существовать в условиях невозможных для его существования, раскрываясь как археологический артефакт, очищенный в молитвенных переживаниях, он проявляется как Книга, как палимпсест с бесконечными наплывами и расслоениями, хранящими в своей поверхности абсолютную тайну. Руинированная художественная реальность, предстающая в палимпсестах художника, свидетельствует, что современный мир теряет свои классические, наглядно выстроенные ценности, а с другой стороны, осознание этого процесса направляет ищущий смысла взор к источнику нового полагания ценностей. Этот источник обнаруживается именно там, где его совершенно не ждут, в том месте, которое общество обозначило как опустевшее для сакрального, как место для утраченного – и поэтому открытое только для профанного, для его отходов и шлаков.

Искусство, обратившее внимание на катастрофические состояния мира, заслуживает сегодня самого пристального внимания и уважения. Оно исследует выброшенные на поверхность глубинные слои, где хранится память детства и всей нашей цивилизации. Сдвиги, толчки, извержения материи для ее стратегии не являются разрушительными процессами, они  - как технологи деконструкции – раскрывают реальность, опознавая ее внутренние пути, маршруты, следы, оставленные зарубки, метки. Эти шрамы выявляют ключи в лабиринтах истории, чтобы всегда можно было вернуться к началу, к той программе, по которой выстраивался мир.

То, что хранилось в глубинных слоях как утерянное, утратившее свои функции, абсолютно отработанное, открывается как реанимация «высокой» реальности, прошедшей мутацию, очищение смертью. Призыв Александра Введенского, его обращение к «новому» художнику, художнику «бедного» мира: «На смерть, на смерть держи равнение, певец и всадник бедный», - превращается в творческую экзистенцию, в художественный поступок Анны Желудь, Хаима Сокола, Андрея Кузькина и Ивана Лунгина. В рамках проекта рождается абсолютно новая материя, способная спасти и вернуть прустовское «утраченное время». Культура возвращается  в свою органику, пройдя все фазы переживания смерти – она начинает структурироваться через свои контуры и векторы в пластике Анны Желудь, еще не обретя собственную плоть, но уже восстановив канонические очертания. Художница обозначает начало новой жизни в образности конструкции, через систему ее координат, совершенно отчетливо, абсолютно явственно «проведенных», «прочерченных» простым металлическим прутом. Она не только намечает ее узлы, точки сборки, но и откровенно заявляет о заново рождающейся тактильной, чувственной реальности, отсылая линейную, прямую перспективу к ее сверхчувственным истокам, позволяя им обрушиваться, опрокидываться на нас в неизбывности своего идеального. Эти, казалось бы, всего лишь контуры реальности, вплотную приближаются к нам, актуализируя наше сознание, позволяя ему восстановить культурную память и наполнить особой подлинностью простые вещи – стул, стол, предметы, с которыми человек общается в регулярности своего существования. Намечая трехмерность предмета, конструкции-объекта, Анна Желудь свидетельствует о невозможности исчезновения первообраза, первоархитектуры, она утверждает постоянную соотнесенность каждого элемента окружающего нас мира с величественной конструкцией мироздания, с мировым древом жизни.

Мир Ивана Лунгина создает свою особую, даже парадоксальную рифму к визуальной культуре Анны Желудь и Хаима Сокола. Его образы свободно транслируются в живописной материи, в ассамбляжных формах и в руинированных фрагментах бетонных конструкций. Их зыбкость, хрупкость и одновременно материальная убедительность соединяют полярные начала искусства – создаваемого личным творческим жестом, построенным на воображении, и искусством, рожденным в пространстве реди-мейд. Мерцающие живописные измерения городской среды, города-утопии, Метрополиса естественно переходят в пропорциональные ряды бетонных постаментов, в своеобразные памятники разрушенной или еще только гибнущей империи. Ее беззащитные катакомбы, руины свалок из кирпичей, утративших свои функции, превращаются в зиккурат, в ритуальное захоронение, останавливая историю в буквальном акте ее смерти.

Во внутренних измерениях проекта, в настойчивой периодичности проявляется вопрос о сущности искусства, о его имени, о его феномене, о его сокрытости и мерцающей образности, растворенной в «непрекрасной обыденности». Творческая позиция Андрея Кузькина расширяет и одновременно сужает границы этого вопроса. Она обостряет его и вместе с тем расфокусирует, еще более утаивает ответ, скрывая, меняя координаты сокровенного и магического. Феномен существования для Андрея Кузькина подобен бытию элементарной частицы, когда она превращается в волну и прячет все маршруты своего движения. Мы в этой странной неуловимой паузе способны видеть только свет, но не корпускулу, не материальное проявление события. Художник движется в бетонной массе «нехудожественной» материи, материи сопротивления, но в его затрудненной пластике открывается великий смысл нашего существования на земле, в сгущениях и оплотнениях экзистенциальной реальности, именно в тех точках, где в абсолютной гравитации пребывает парение. История с чемоданчиком, в котором содержится судьба рода художника, превращается в библейское странствие, в паломничество в страну истины, на которую невозможно указать, где действует вечный нарратив заклинательного обращения: «пойдешь туда - не знаю куда, принесешь то – не знаю что». И все же художник идет в это таинственное подлинное «туда» и приносит настоящее «то». Именно в этих, как говорил Мартин Хайдеггер, «придорожных маршрутах» открываются просторы искусства и вольность человеческой души.

Виталий Пацюков


1-й этаж - Аня Желудь
 
2-й этаж - Хаим Сокол, Андрей Кузькин
 
 
3-й этаж - Иван Лунгин